|
Потом посмотрел на Констанцию, скачать скачать на обезображенный труп, отодвинул стул и встал. Он ничего ей не сказал, бросил несколько смятых банкнот на стол и ушел. Когда он подходил к лестнице, я услышал, как она окликнула его: Гай! Он даже не обернулся. Через минуту она встала и ушла вслед за ним. На мгновение я увидел ее лицо. Она шла, закусив губу. Я поджидал Констанцию в вестибюле отеля "Принсесс". Заметив девушку я встал, и она остановилась. Встреча со мной не доставила ей никакой радости. Я думал мне придется ждать гораздо дольше. Вы единственная девушка, которую я знаю в Коломбо, и я хочу назначить вам свидание. Она прошла мимо меня, а я схватил ее за рукав. Она сбросила мою руку со своей и повернулась ко мне. От злости ее глаза сузились. Я даже не хочу, чтобы нас видели вместе. Она снова повернулась и почти побежала к лифту. Это был уже второй ее промах. Я подошел к столику портье. За ним стоял шоколадный, гладко выбритый Панчо Вилья "Вилья Франсиско настоящее имя Доротео Аранго, известен также под именем Панчо Вилья 1877 1923 , руководитель крестьянского движения на севере Мексики в период Мексиканской революции 1910 1917 годов".

Я вынул из пекс ка одну банкноту в десять рупий и начал оборачивать ее вокруг первой. У него черные редкие волосы. Он хозяин небольшой резиновой плантации в нескольких милях южнее Коломбо. Больше я ничего о нем не знаю. Я протянул ему деньги и они моментально исчезли. Он улыбнулся и поклонился. Он сидел на стуле перед окном и улыбался мне. Он был одет в измятый белый костюм с пятнами на пиджаке. Его небольшая лопатообразная бородка казалась жесткой, как серая стальная проволока. А красное круглое лицо лоснилось от пота. Его улыбающийся розовый, похожий на бутон рот выглядел глупо над наглой бородкой. Но бледно-голубые застывшие и немигающие глаза его были совсем не пекс Я хотел встретиться с вами. Прошу простить мне мою бесцеремонность. Я подкупил посыльного, и он впустил меня. Я пишу для местных газет. Можно сказать и просто интервью. Я люблю разговаривать с людьми, приезжающими на остров. Записываю их впечатления, а потом использую в своих статьях. Я присел на край кровати и постарался сделать равнодушное лицо. Возможно, что он действительно местный журналист. Но столь же возможно, что он связан с О"Деллом, Северенс и Вендом. Он почесал свою лопатообразную бородку. Посмотрел на мою обезображенную руку. Я накрыл ее правой рукой. Туристы говорят о великолепии, о завесе тайны, которая окутывает остров еще со времен конкистадоров.
|